Когда государство будет платить за роды и операции: Зоряна Скалецкая о медреформе

Когда государство будет платить за роды и операции: Зоряна Скалецкая о медреформе

20.01.2020 0 Автор antikoronline

Министр здравоохранения — о том, что изменится в украинской медицине в 2020 году

Майдановская каска в шкафу с книгами и стена с украинской вышивкой в кабинете министра здравоохранения напоминают о бывшем руководителе министерства Ульяне Супрун. Все три подоконника заняты документами и бумагами с записями. На рабочем столе министра шесть стационарных телефонов прямой связи. Напротив стоят овальный стол для совещаний и флипчарт. «Концепция 2030», «Богатырева», «ЕБРР», цифры и проценты – все, что удается разобрать из написанного на скорую руку. Из соседней комнаты слышны голоса Скалецкой и Бориса Тодурова, директора Института сердца. С ним мы пересеклись перед приемной главы Минздрава.

Когда появляется министр, пресс-секретарь напоминает, что у нас полчаса.

«Мы должны думать не о том, где есть больница, а где есть качественная медицинская услуга»

— Для начала давайте подытожим результаты прошлого года. Вы возглавляете министерство с сентября. Что из запланированного удалось выполнить, а с чем были проблемы?

— Мы пришли, когда начался бюджетный процесс. Это не тот период, когда можно спокойно работать, ставить задачи и плавно двигаться к своей цели. Надо было многое сделать для запуска реформы с 1 апреля. Дедлайн был определен не нами, но по многим вопросам не было готовности.

У нас есть хорошая работа с регионами по вакцинации и понимание важности эпидемического контроля. Довольно долгое время местные власти не были настолько вовлечены в решение этих задач. Сейчас мы видим результаты: в некоторых регионах уровень вакцинации приближается к ожидаемому – 70-75%. Это дает возможность создать безопасную эпидемиологическую среду для граждан Украины.

Много было запущено системных вещей. Раньше не было определенной программы или стратегии того, как мы хотим преодолевать инсульты, инфаркты, поднимать рождаемость и укреплять здоровье детей. Уже работает восемь экспертных групп, чтобы готовить такие стратегии, определять, почему нужны те или иные суммы бюджета. Если у нас есть три цели («Люди меньше болеют», «Люди, которые заболели, быстрее выздоравливают», «Люди дольше живут». – Ред.), мы можем обосновать каждое предложение или решение, почему мы его хотим принять .Если мы хотим, чтобы люди меньше болели, то мы подадим документы, которые должны уменьшить уровень заболеваемости, чтобы у людей была полезная еда, чтобы не было на рынке некачественных продуктов или чего-то подобного. Это одна цель, которая включает в себя многое.

— С 1 апреля реформа должна охватить всю медицину. Что она изменит для пациентов и для врачей и какова готовность системы к изменениям?

— Раньше на руководителя бюджетного учреждения было положено несколько наборов решений, которые он может принимать. На сегодня 86% учреждений по Украине автономны – они стали неприбыльными предприятиями. Теперь у руководителя заведения больше свободы, власти и больше ответственности. Это не только ответственность лично руководителя, но и собственника, то есть местной власти, перед населением – смогут ли они обеспечить помощь.

— Что реформа изменит для людей, или она больше касается финансирования и бюджета?

— Это точно не для бюджета. По старой модели бюджет просто делился на количество населения по заведениям, и на сумму, которую получили, учреждения должны были оказывать помощь. И мы знаем, к чему это привело: денег не хватало, в одни больницы пациенты почти не приходили, но там были зарплаты и врачам было комфортно работать в спокойных условиях. А были заведения, куда приходило очень много пациентов – там не хватало ни времени, ни специалистов, ни лекарств, а финансирование было одинаковым. С 1 апреля те больницы, где оказывается помощь пациентам, будут финансироваться. Больницы, где помощь не может предоставляться, потому что нет необходимого оборудования, куда пациенты не приходят – целесообразно ли тратить финансы на такие заведения? Такие заведения должны пройти перепрофилирование и стать теми, куда пациенты будут приходить. Потому что у нас много видов помощи, которую предоставляют слишком мало заведений. И это возможно. Для граждан это, возможно, изменение маршрута. Чтобы лучше понимать, сколько пациентов нуждаются в определенном виде помощи, оказание медуслуг на вторичном звене будет предоставляться через врача первички.

И это, на самом деле, два решения одновременно. Мы хотим, чтобы семейный врач оказывал как можно больше помощи. Если он будет понимать, что ему не хватает знаний, он будет направлять человека к узкому специалисту. Пациент сможет получить помощь быстрее, чем раньше. Это структурирует не только направленность, но и понимание потребности пациентов в различных видах медицинской помощи. Финансы будут там, где помощь оказывается.

— Но это возможно, когда есть конкуренция. Если есть маленький район, где работает одна больница на 40 тысяч населения, то у людей нет другого выбора, кроме как идти туда, на каком бы уровне помощь там не оказывалась.

— Для одних – да, для других – нет.

— Другие вообще могут не обращаться к врачу.

— У нас так и сейчас происходит. Очень многие не обращаются к врачу. Поэтому реформа первичного звена не закончилась. Еще много надо сделать, чтобы население больше обращалось за медицинской помощью, чтобы лучше понимало, как сохранить его здоровье. Местная власть должна не только содержать заведения, она должна обеспечивать население доступом к медицинской помощи. Например, местные власти могут организовать подвоз, и это не так сложно, это может быть эффективнее, чем содержать больницу. Мы должны думать не о том, где больница, а о том, где качественная медицинская услуга. На сегодня есть больницы, которые принимают людей с инсультом, но не имеют необходимого оборудования. В конце концов, статистика довольно-таки печальная: половина людей умирают, половина становятся инвалидами. Это не то, чего мы ожидаем. Лучше везти в заведения, где есть возможность помочь.

У нас есть хорошие больницы. Когда в регионе наладили работу, знают, как должен быть организован подвоз, какой должна быть своевременность для того, чтобы дать человеку после инсульта максимально восстановиться. Должно быть заведение с оборудованием, с необходимым медикаментозным обеспечением.

— Возможно, не хватает врачей или медучреждений и люди не могут найти альтернативы.

— Это то, что надо доработать на первичном звене. У нас 29 млн населения подписали декларации. Мы понимаем, что это не все население. Это значит, что нужно работать с людьми, с местной властью, должны создать условия, чтобы семейный врач на их территории был. У нас будет несколько решений, которые увеличат доступ к семейному врачу, чтобы покрыть потребность в первичке. Потому что одной из функций семейного врача, кроме предоставления рецептов, есть информирование и поддержка граждан относительно здорового образа жизни. Он должен помочь, проконсультировать: или по диете, чтобы не запустить заболевание, или по избыточному весу, даже когда еще не появились проблемы со здоровьем. Это поддержка в определенных вопросах, которые возникают относительно своего здоровья. У нас нет еще такой привычки, но она должна появиться. Семейный врач должен быть открыт к такому разговору и рекомендациям.

«Ни одной стране не хватает денег, выделяемых на медицинскую помощь»

— На медицинские услуги в этом году выделено 72 млрд грн…

— Никогда, ни одной стране не хватает денег, выделяемых на медицинскую помощь, если мы говорим о бюджете. Даже там, где существуют страховые модели, также не хватает средств, чтобы покрыть потребности всего населения во всех видах медицинских услуг. Но в таких странах всегда выбирают приоритетные направления, население получает максимальное сохранение своей жизни и здоровья, и уже потом дополняют, исходя из возможностей экономики расширяют пакет или нет. У нас сегодня в программу медицинских гарантий включены 27 пакетов медуслуг – все, что предоставлялось и раньше, но средств на финансирование медучреждений выделили больше, чем в предыдущие годы. Наиболее критические для сохранения жизни и здоровья виды помощи – инсульты, инфаркты, онкология, роды, неонатальная помощь новорожденным – будут оплачиваться по повышенному тарифу (Национальная служба здоровья будет платить больницам. – Ред.). Мы рассчитываем на то, что во многих ситуациях, которые раньше были критическими и стрессовыми для семей, уже в конце апреля – начале мая увидим положительный результат.

— В заключительных положениях закона о бюджете указано, что на 2020 год программа медицинских гарантий не принимается как часть госбюджета Верховной Радой. Это означает, что программы медицинских гарантий в этом году не будет?

— Сначала была идея, что перечень помощи по программе медицинских гарантий должен быть утвержден в тексте бюджета. Когда это будет готовый перечень, его можно подавать в законе, чтобы потом не корректировать определенные вещи. Сегодня, когда мы только создаем пакет медуслуг, это эффективно еще и для управленческих решений на этапе формирования и перехода на другую модель финансирования. И утверждается это постановлением Кабмина.

— К тарифам на медуслуги будет применяться два коэффициента: сложности услуги и баланса бюджета. Я правильно понимаю, что тарифы на медуслуги уменьшат и, соответственно, оплату больницам тоже уменьшат, если окажется, что расходы на услуги требуют больше, чем было предусмотрено?

— Теоретически это возможно. Для вычисления потребностей брались данные 2018 года, не думаю, что появится большая потребность в тех или иных услугах, которых раньше не было. Например, раньше потребность в определенных услугах составляла 18 тыс. случаев в год, вряд ли появится еще 20 тыс. Даже если окажется, что в этом году люди начнут обращаться чаще, потому что они поверят в медреформу, и обращений за такой услугой будет 20 тыс., то коэффициент на эту услугу будет применяться, но это будет не такое значительное влияние. Если мы имеем определенный бюджет, то мы не должны выйти за его пределы. Но на финансирование всех учреждений здравоохранения только через иную формулу распределения денег выделено больше, чем в предыдущие годы. Поэтому говорить, что больницам, где будут пациенты, не будет хватать средств, нельзя.

В этом году начнется подготовка модели страхового медицинского обеспечения

— Но если так произойдет и больница в какой-то момент станет получать меньше, то у пациента могут попросить доплатить за лечение?

— Я надеюсь, что неформальные платежи больницы вообще не будут требовать. Поскольку заведения, кроме контракта с НСЗУ, получают возможность получать другие средства за платные услуги, или из местного бюджета, от страховых компаний. Местный бюджет может создать местные программы по тем или иным заболеваниям. Это значит, что законных способов получать официальные платежи достаточно много. Неформальных платежей, благотворительных взносов – не будет. Если такие вещи будут, для этого есть горячая линия 16-77, по которой мы будем собирать такие жалобы.

— Сначала закон о государственных финансовых гарантиях предусматривал возможность сооплаты пациентом определенных услуг. Этот пункт отклонили при принятии закона. Рассматриваете ли вы возможность вернуть его?

— Нет, о совместной оплате мы не говорим. На самом деле есть несколько моделей того, как может дофинансироваться система оказания медицинской помощи. Работа над законопроектами больше проводится в парламенте. Мы поддерживаем конституционные решения, связанные с дополнительным финансированием получения медицинской помощи. Но сегодня мы такие решения не готовим, у нас есть более важные вопросы, как правильно запустить с 1 апреля второе звено. Также в этом году мы рассчитываем, что будем иметь широкое обсуждение подготовки законопроекта о модели страхового медицинского обеспечения, которое даст возможность дофинансировать оказание медицинской помощи. На сегодня есть разные мнения, как это сделать, пока у нас нет рабочей группы. Возможно, после 1 апреля мы присоединимся к экспертным обсуждениям.

— У вас есть видение, какой будет эта модель: это могут быть взносы работодателя или частные взносы?

— Пока это только планируется. Уже пришло время создания рабочей группы, чтобы начать национальную дискуссию, кто на что способен и готов. Страховая медицина предусматривает несколько компонентов: как мы собираем деньги и на что. Оба компонента очень важны. Если мы говорим о добровольном медицинском страховании – оно предусматривает возможность выбора. Более важно, как будет покрываться услуга и где государство будет выступать плательщиком, чтобы обеспечить определенным категориям возможность иметь более расширенную программу медицинских гарантий.
Источник: Сайт Сегодня